Тверской академический театр драмы. Пресса. 2001

ТВЕРСКОЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ ТЕАТР ДРАМЫ
ПРЕССА
2001


Наталья АЛЕШИНА

"Комедия из нашей жизни":
В ДРАМТЕАТРЕ ОБНАРУЖЕН ПОВОРОТНЫЙ КРУГ

Александринские спектакли нельзя назвать выдающимися, но сделаны они очень профессионально. Актеры заставили старые механизмы работать, и круг двинулся — неохотно, со скрипом...

Во время гастролей Александринки большую сцену Тверского театра драмы нельзя было узнать. Привычная, давно знакомая, почти неизменная от постановки к постановке, она вдруг преобразилась, будто старая дева, которая внезапно влюбилась на склоне лет. Темнота и сумрак, рассеянные лучи и редкие яркие пятна, вечные неизменно тусклые портьеры вдруг сменились невесть откуда взявшимся великолепием света и броскими столичными нарядами. Но дело здесь не только в тканях и побрякушках, в которые сцену щедро облачила питерская труппа. Зритель вдруг сумел почувствовать всю ее глубину, увидеть, как просторно жить на ней актерам. Выяснилось, что декорации могут не только загромождать пространство, но и рисовать причудливые рельефы, которые дают возможность играть в любом смысле этого слова. И уже совершенное изумление вызвало то, что в театре оказался поворотный круг (так называется часть сцены, которая вращается вокруг своей оси). Тверская труппа не пользовалась им тысячи лет. Александринцы заставили старые механизмы работать, и круг двинулся — неохотно, со скрипом, который временами привлекал внимание больше, чем спектакль. Так же питерская труппа дала зрителю отдохнуть от отсутствия режиссуры. Нельзя сказать, что спектакли были поставлены талантливо, но наши - то не ставятся вовсе. И, придя на спектакль Александринки, зритель не рисковал уснуть во время километрового монолога, который исполнял актер, в полном одиночестве стоя посередине сцены. С такой режиссерской задачей нелегко справиться даже талантливому артисту.

Тверской Драматический Театр, фото А. Митрофанова Александринские спектакли нельзя назвать выдающимися, но сделаны они очень профессионально. Смотрятся они динамично и живо. Правда, некоторые актерские работы привлекали внимание больше, чем режиссерское решение спектакля. Так Виктор Костецкий сумел сделать по-настоящему смешной каждую фразу в довольно посредственной сентиментальной комедии Надежды Птушкиной "Пока она умирала" ("Комедия из нашей жизни"). Коллегам же его не всегда удавалось справиться с тяжелым угловатым текстом.

Николай Мартон, игравший Рисположенского в "Своих людях — сочтемся" Островского вызвал жалость и умиление одним только своим появлением на сцене. Он направлялся к графину с водочкой нерешительными шажками, глаза потуплены, кисти рук висят по-старчески слабо. Но лишь до тех пор, пока не удастся чего-то урвать — тут он становится, как пружина — собранным и мощным.

А в драме Пиранделло "Колпак с бубенчиками" Мартон уже совсем другой. Его герой — писарь Чампа — вызывает не гадливую жалость, а сострадание. Он горд, по-своему умен и твердо установил свое место в жизни. Он — маленький человек и должен смириться. И все это отражается в походке, повороте головы, интонациях.

Были в спектаклях и другие удачные актерские работы. Уверена, что у каждого появились свои любимцы. По окончании спектакля Тверская публика приветствовала актеров стоя. Но, впрочем, это слабое свидетельство высокого уровня той или иной постановки. Стоя у нас, хлопают всем — так уж принято в тверских театрах.

teletver.ru -2001.- №1.


© Тверской академический театр драмы, 2003-2016 | www.dramteatr.info