ТВЕРСКОЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ ТЕАТР ДРАМЫ
ПРЕССА
СЕЗОН 2008-2009


Игорь МАНГАЗЕЕВ

ДИПЛОМНЫЙ СПЕКТАКЛЬ ПО-ЧЕХОВСКИ

Дипломный спектакль «Смешно и грустно» представили четыре выпускника Тверского курса театрального училища имени Щепкина — Алексей Майский, Артем Василенко, Дмитрий Новоселов и Артем Турыгин. В основе сценической композиции — три рассказа Антона Чехова — «Злоумышленник», «Хирургия» и «Пересолил». Эти вещицы вошли во вторую книгу писателя «Пестрые рассказы», изданную в 1866 году с помощью журнала «Осколки». Они проникнуты юношеской беззаботностью и «несколько легким отношением к жизни», как выразился Короленко, но зато прекрасно гармонируют с молодостью новоиспеченных актеров.

Грусть в спектакле как-то не просматривалась. Ирония — да. И промашки были. Например, злоумышленник Денис Григорьев (Д. Новоселов), свинчивавший гайки с железнодорожного пути, появился перед следователем с аккуратной прической а-ля Игорь Костолевский, хотя в оригинальном тексте ясно сказано: «На голове целая шапка давно уже не чесаных, путаных волос…»

В сценке «Хирургия» фельдшер Курятин (Д. Новоселов) и дьячок Ефим Михеич (А. Турыгин) отошли от привычных книжных образов. Курятин почему-то оказался выпивохой, хотя это качество Чехов приписывал лишь дьячку. Священнослужитель вообще получился безвольным размазней. Зато Дмитрий весьма убедительно сыграл роль лошади из рассказа «Пересолил» — про землемера, спешившего в имение генерала на крестьянской телеге. Землемер (А. Майский) получился в отличие от дьячка внушительным и фактурным. Казалось, что такому молодцу место в отечественных сериалах. Неплох был и возница Клим (А. Василенко).

Особенно хорошо Василенко справился с ролью следователя, допрашивающего злоумышленника. Артем обогатил эту роль тем, что совместил его с образом молодого работника районной прокуратуры Георгия Ваганова из рассказа Василия Шукшина «Страдания молодого Ваганова». Оба правоохранителя, получив письма от прелестниц, находились под впечатлением прочитанного, что, впрочем, не мешало им исполнять обязанности не отходя от буквы закона.

Вела спектакль Анжелика Панкова, актриса театра Чехова и Тверского театра драмы, окончившая, кстати сказать, тот же Тверской курс в 1997 году. Анжелика отметила, что репертуар Тверского театра драмы немыслим без чеховских шедевров: «Это «Вишневый сад», который ставится уже в четвертой редакции, это «Чайка» и «Дядя Ваня», а теперь и новая работа».

Можно долго рассуждать о том, почему именно Чехова избрали художественные руководители курса — народные артисты России Вера Ефремова и Александр Чуйков, режиссер-педагог и автор композиции. Текст формально не пострадал, однако, вложенный в уста юношей, он порой звучит пародией на пародию. Еще одна новация — еда и выпивка: конкретный запах реального огурца, которым закусывал фельдшер Курятин, и штоф в руках землемера.

Впрочем, сам Чехов в глазах зрителей и читателей всегда представал как жестокий пародист русской литературы. Во всяком его сюжете легко прослеживается высмеиваемый и опошляемый источник. Чехов — первый в России летописец вырождения, опошления и тупика. Нет такой идеи, такого умственного направления, которое не подвергалось бы в чеховской прозе скрупулезному доведению до абсурда. Даже ранняя юмористика Чехова построена на принципе пародирования высоких чувств, и здесь он беспощаднее Шукшина.

«Злоумышленник» — это столкновение традиционного уклада крестьянской жизни с цивилизацией. Не зря Лев Толстой, призывавший к тотальному опрощению, назвал этот рассказ лучшим рассказом Чехова. И таков весь Чехов.

Ничего удивительного нет в том, что Чуйков обращается с Чеховым так же, как Чехов с героями своих произведений. В результате мы почти ничего не помним о великом самопожертвовании разночинцев, нам становятся чужды высокопарные мечтания русской интеллигенции, и мы охотно верим, что вся уездная интеллигенция была скопищем Следователей, Фельдшеров, Дьячков и Землемеров.

Чеховские сочинения открыты для пародирования, более того, они требуют именно такого подхода. Поэтому сегодня Чехов мы читаем и ценим больше, чем многих других русских прозаиков. Жизнь лучше усваивается в чеховском варианте — по-лесному дремучем, почти беспросветном, вполне абсурдном.

Чехов доказал справедливость возмездия, обрушившегося на интеллигенцию и, может быть, народ России. Возможно, вопреки самому себе. И в этом его актуальность для нашего сегодня.

Вече Твери. -2009.- 21 апреля.


© Тверской академический театр драмы, 2003-2016 | www.dramteatr.info