ТВЕРСКОЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ ТЕАТР ДРАМЫ
Э. Шэффер
ИГРА
ПРЕССА


Наталья ФЛОРОВА

"ИГРА ОПАСНАЯ, ИГРА ПРЕКРАСНАЯ ..."

Спектакль "Игра", премьера которого состоялась в Тверском академическом драматическом театре, соединяет две ипостаси самого понятия "игра". Во-первых, суть сценического искусства. Во-вторых, смысл вновь созданной сценической реальности - она в рассказе о человеческой склонности играть в жизни, о небезопасности таких мистификаций.

Проявиться игровой сценической природе в полной мере дает возможность пьеса. Она ладно скроена и крепко сшита. Изумившись лихому совершенству мастерства драматурга, расширим попутно свой кругозор: автор пьесы Э. Шэффер - брат П. Шэффера, написавшего знаменитого "Амадея" и ряд других пьес.

"Игра" обошла многие сцены мира, соблазняя театры изобретательной интригой и великолепием ролевого материала. Пьеса классична, если понимать это как приверженность традиционному театру. Она вряд ли допускает вольную интерпретацию заключенного в ней смысла, что, вероятно, кажется грехом некоторой части современной режиссуры. Кто-то, напротив, считает это достоинством. Пьеса дает возможность создать увлекательное зрелище тому, кто в неё влюбляется. Кто увидит возможность с её помощью понять гимн театральной игре, её магии. Кто постарается, располагая неповторимыми творческими индивидуальностями, как можно четче и занимательнее передать смысл своего рода парадокса, заключенного в сюжете.

На премьере был успех. Похоже, "Игра" и на Тверской сцене обрела преданных энтузиастов. Спектакль, поставленный Александром Сафроновым, оформленный Евгением Бырдиным, по-хорошему традиционен. За прозрачной кисеей занавеса обнаруживается двухэтажный павильон со множеством деталей. Он удобен для построения выразительных мизансцен, приятна для глаз его деревянная фактура. Приятна и классическая музыка в современной интерпретации, выразительно подкрепляющая сценические эмоции. Режиссер демонстрирует старую добрую манеру - не привлекает к себе специального внимания, "умирает" в актерах, делая смысловые нюансы общим достижением. В этом самоограничении вкус, такт, профессионализм. "Игра" - наиболее гармоничный спектакль из поставленных А. Сафроновым на тверской сцене. Уместно задуматься, почему у дипломированного режиссера их не так уж и много, как и у его товарища по заочному отделению театрального училища им. Б. Щукина Б. Михни. Ведь на недостаток в тверских театрах профессиональной режиссуры мы порой сетуем. Откуда же она возьмется, если молодые режиссеры не будут иметь практики? Но это, видимо, другая "игра". Вернемся к нашей, премьерной.

Давно не приходилось слышать аплодисментов в ответ не на сюжетный ход, а на точно найденную актерскую краску. Такие аплодисменты были на премьере. Думаю, будут они возникать на "Игре" и впредь, потому что, пользуясь благодатным ролевым материалом, Леонид Брусин и Константин Юченков играют увлеченно, изобретательно, обнаруживая внешнюю и внутреннюю гибкость, проявляя доселе не раскрытые возможности. Здесь симфония актерской ансамблевости, азарт. Актеры в ролях двух респектабельных господ, затеявших рискованную игру друг с другом, находят массу точных нюансов, получают от притворства своих героев, их мистификаций и трансформаций видимое наслаждение. Преодолев некую экспозиционную затянутость первого акта (кажется, она есть и в пьесе), актеры вырываются на простор, мастерски закручивают действие в тугую пружину к удовольствию зрительного зала, в котором растут интерес и напряжение.

И пьеса, и спектакль - привлекательный театральный фейерверк. Однако яркая вспышка высвечивает не только сугубо эстетические прелести, но и значительный смысл, касающийся игры совсем не актерской.

Поначалу розыгрыш, затеянный героем Л. Брусина - писателем Эндрю Уайком - по отношению к возникшему в его жизни герою К. Юченкова - мелкому предпринимателю Майло Тиндлу, кажется безобидной шалостью. Постепенно, купаясь в изгибах занимательного сюжета, подробности которого раскрывать врял ли стоит, актеры во взаимоотношения своих персонажей по капле вливают тревогу и драматизм. Всё чаще высекается искра, чреватая бедой ...

Игра не есть монополия театра. В обыденной жизни человек не живет без игры. Её элементы есть во взаимоотношениях родных, друзей, влюбленных, сослуживцев. Играют деловые люди. Играют политики. Играют, того не сознавая. Разыгрывают преднамеренно. Такой игре более чем игре театральной нужна мера. На сцене её потеря оборачивается безвкусием, в жизни - катастрофой. Новый спектакль - весёлая театральная мистификация, но и серьёзное предупреждение. Две стороны понятия "игра" слились в нем воедино.

Тверская жизнь. 1996. 15 марта.


© Тверской академический театр драмы, 2003-2016 | www.dramteatr.info