ТВЕРСКОЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ ТЕАТР ДРАМЫ
АНДРИАНОВА ИРИНА ВАСИЛЬЕВНА
ПРЕССА


Валерий СМИРНОВ

ДВА ПОЛЮСА ИРИНЫ АНДРИАНОВОЙ

Тринадцать лет назад на сцене Тверского театра драмы появился знаковый для того Времени спектакль. "Баня" Маяковского показалась неожиданно актуальной. Это был рецидив шестидесятнических упований на правильный, очищенный от грехов социализм. Перед премьерой не обошлось без казусов, и неожиданно для себя в маленькой роли Фосфорической женщины - гостьи из светлого коммунистического будущего - на сцену вышла Ирина Андрианова. В серебристом костюме то ли лётчицы, то ли космонавтки, с завораживающей ослепительной улыбкой, она казалась символом надежд, в обилии рождаемых непонятной, но уже начавшейся перестройкой.

КАНУН творческого вечера, посвященного 25-летию творческой деятельности на тверской сцене, заслуженная артистка И.В. Андрианова в первый раз сыграла Раневскую в "Вишнёвом саде" - зримое воплощение рухнувшего жизнепорядка, бессилия что-либо изменить и в этом несовершенном мире, и в собственной, по-русски кое-как проживаемой жизни.

Между двумя этими фактами творческой биографии, как между двумя полюсами, - вся Андрианова. Есть полюс щедрого природного дара: она пластична, прекрасно поёт, умеет и любит "заводить" публику и от этого порой выходит из строго очерченного рисунка роди, импровизирует - весь счастливый набор качеств характерной и комедийной актрисы. И есть полюс постоянного желания преодолеть себя, выскочить из обжитых рамок, доказать всем и в первую очередь себе, что способна быть совсем иной.

Это от педагогов. От руководителей актерского курса ГИТИСа Марии Николаевны и Василия Александровича Орловых. Сначала они заставили ее отчаянно, при всех плакать. В постановке горьковского "Булычёва" Андриановой распределили роль Ксении - жалкой, забитой, унижающейся. А она-то уже видела себя Шуркой - "рыжим чёртом" - роль идеально совпадала с темпераментом, со всеми представлениями о будущем актерском амплуа. Мария Николаевна, железная старушка из старого поколения мхатовцев, для которых Станиславский был не иконой, не автором восьмитомника канонизированных трудов, а живым, незабываемым учителем, цыкнула:

- Чего ты слезы льешь? Ты всего этого ещё наиграешься. А попробуй вывернись наизнанку, пойди трудным путём. Надо - на колени встань! Вот тогда ты актриса! В роли Ксении не в переносном, в прямом смысле приходилось ползать на коленях. Много лет спустя студенческая, почти детская обида пригодилась для Раневской. Вот так же в конце третьего акта она у Андриановой обижается на... вишнёвый сад, который не спас, не защитил от безжалостной жизни.

В длинном списке актёрских работ Андриановой есть обидные пробелы. Не сыграны Шекспир, Ибсен, Достоевский. Это если говорить о том полюсе, к которому она пробивается, не щадя сил и своей завидной энергии. Но и на другом полюсе, где блистательно сыграны роли в пьесах Островского, в незабываемом озорном "'Декамероне", в "Зойкиной квартире" Булгакова, в "Женитьбе" Гоголя, в костюмных комедиях "Къоджинские перепалки" Гольдони и "Укрощение укротителя" Флетчера, в современном репертуаре - и там тоже толпится череда неисполненных, неспетых - нестанцованных ролей.

Но были роли-подарки, те самые звездные часы на сцене, которые остаются навсегда в памяти удивлённых, обрадованных, благодарных зрителей.

Таким подарком судьбы стала роль в одной из лучших постановок Веры Ефремовой "Любовь под вязами". Вообще-то, в оригинале речь идет не совсем о любви. Юджин О' Нил вынес к заглавие слово "желание", создав монументальные образы человеческой алчности и похоти. Драматург воссоздавал в семье фермеров из американского захолустья коллизии, равные по мощи античным трагедиям рока. Желания опережали разум, заслоняли страх, диктовали безумные поступки. Но Ирина Андрианова вкладывала в свою Абби столько чисто русской страсти не к американской узаконенной свободе, а к воле, что это существенно корректировало образ, сводило героиню с трагических котурнов на вечно родящую и требующую любви землю.

Таким подарком стали для актрисы роли в двух спектаклях театрального ангажемента "Предложение", поставленных Валерием Персиковым. Наталья Степановна в вольно пересказанном поэтом Д, Сухаревым и композитором-гитаристом С. Никитиным водевиле Чехова, получившем игривое название "А чой-то ты во фраке", азартно принимала предложение соседа-жениха, тут же ссорилась с ним из-за каких-то Воловьих лужков, под давлением отца, не чающего сбыть засидевшуюся в девках дочку, отчаянно мирилась, чтобы тут же чуть не врукопашную вступать из-за сравнения двух гончих собак. Этот спектакль был праздником актерской импровизации, отчаянного дуракаваляния, от которых маленький зал Дома актера, где шли представления, взрывался зрительским хохотом и аплодисментами, а граница между сценой и залом, игрой актеров и игрой искренне веселящейся публики просто отсутствовала. Талант Андриановой и её партнёров сметал знаменитую "третью стену" и помещал всех, кому посчастливилось побывать на спектаклях, в единую заводную компанию.

Другая роль - в слегка подзабытой шсстидесятнической пьесе польки Агнешки Осецкой "Там, за седьмой горою" ("Вкус черешни"), где стихотворные тексты перевёл сам Булат Окуджава - была и для Ирины Андриановой, и для ее партнёра по сцене и мужа по жизни Константина Юченкова настоящим парадом актёрских возможностей. В два часа вмешались и комедийные репризы, и взлеты подлинного чувства, от которого спазмы сжимают горло, стеснительная вера в чудо человеческой любви и меланхолическая славянская ирония, и две прекрасно исполненные вокальные партии...

К сожалению, Валерий Персиков сегодня не ставит в Твери - ведет курс в ГИТИСе. Зрители так и не увидели почти завершённую работу Ирины Андриановой в переложенной Фридрихом Дюрренматтом пьесе шведского классика Августа Стриндберга "Пляски смерти" - произведении, уникальном по беспощадному анализу причин и способов разрушения человеческих чувств. Вера Ефремова, открывшая Андрианову ещё па выпускных спектаклях в институте, пригласившая в Ульяновск и с тех пор много лет ведущая актрису от роли к роли, как творчески щедрый человек, недавно поинтересовалась: "Где же ваш Стриндберг? Может быть, всё-таки покажете нам?" Так что есть надежда когда-нибудь представить публике и эту работу.

В некоторых актёрских семьях (видимо, таковы издержки профессии, забирающей слишком много душевных сил) наложено табу на разговоры о театре. В доме Ирины Андриановой о театре говорят всегда, постоянно - куда от него денешься! Говорят даже чаще, чем о политике, от которой все мы так сильно стали зависеть со времён, когда хозяйка дома ещё играла Фосфорическую женщину. Сегодня эта роль воспринимается, наверное, пришелицей не из будущего, а из прошлого актрисы, которая в своё время много занималась общественной работой.

- Ну ч что, - говорит Андрианова. - я всегда буду благодарна комсомолу. Он научил меня дружбе, взаимовыручке. И я никогда не откажусь от комсомольского прошлого, потому что мы были искренни, мы верили в добро и справедливость, мы делали немало хорошего.

Впрочем, если она и испытывает ностальгию по пошлому, то только по тогдашним постановочным возможностям театра. И год выхолило по пять премьер. Теперь - одна-две. Случаются сезоны, когда всё репертуаре не появляется ни одной большой новой роли. Тогда год воспринимается как катастрофа. Хоть как-то спасают занятия со студентами и, конечно, семья.

Я никогда не спрашивал Ирину Андрианову, счастлива л и она итак называемой частной жизни. Вопрос просто не приходил в голову, потому что я знаю её мужа, народного артиста России Константина Юченкова, и дочь Алёну, начинающую скандинавистку, уже написавшую в этом году первую филологическую работу о некоторых сложностях перевода с датского языка на норвежский. Знаю даже ризеншнауцера Аргуса, галантно приносящего гостям тапочки.

Ирина Андрианова живёт, как и большинство из нас, непросто. Как многие, она не может и не хочет жить без надежды. Только есть отличие от многих. Она еще борется за то, чтобы надежды сбывались.

Девчонкой боролась за право стать курсантом летного училища. Отец, летчик, в 60-е годы командир авиационного соединения, пытался помочь мечте, но инструкции, запретившие приём девушек как раз к тому времени, когда Ирина закончила среднюю школу, обойти не смог даже он, при всех наградах и регалиях.

- Тогда в артистки. - неожиданно для самой себя сказала Ирина на семейном совете. Взлет все-таки произошел. Взлет таланта, который ярко раскрылся на тверской сцене. Который завтра соберёт друзе и почитателей на юбилейный вечер, где вновь предстанут два прекрасных лица, два творческих полюса актрисы Ирины Андриановой.

Вече Твери -2000. - 20 апреля.

/td>

© Тверской академический театр драмы, 2003-2016 | www.dramteatr.info